СДВГ у взрослых: невидимый драйвер ошибок, выгорания и карьерных провалов

Диагноз СДВГ изначально пришел к нам с Запада – сначала СДВГ ставили детям и подросткам. Позже оказалось, что примерно треть детей остаются с нарушенными параметрами внимания уже и во взрослом возрасте.

Дефицит внимания и гиперактивности – это два больших кластера. Есть две большие группы симптомов – дефицит внимания, который характеризуется как невнимательность, частая отвлекаемость, например, человеку становится быстро скучно особенно если работа, какой-то вид деятельности не интересен. И второй кластер – сама гиперактивность, это неусидчивость, ерзание, «не могу найти себе места».

«Здесь важно уточнять, что мы не ставим диагноз по вопросам «вы гиперактивны?» или «вы отвлекаетесь?». Мы детализируем и ищем контекст, то есть спрашиваем, какое поведение у человека на работе, как он ведет себя дома, во время приема пищи, просмотра интересного или неинтересного фильма. То есть мы стараемся увидеть эти паттерны управления вниманием и паттерны управления поведением в каком-то реальном жизненном контексте».

Марат Агинян, психиатр

Важно, что при диагнозе СДВГ невнимательность и гиперактивность должны быть не в какой-то одной сфере жизни. Если симптомы проявляются у человека, к примеру, на его работе, а в остальных сферах жизни у него полный порядок, размеренность, спокойствие и логика, говорить об СДВГ рано. Потому что этот диагноз – не про человека в определенном месте, а про человека целиком. При СДВГ пациент должен проявлять симптомы во всех сферах жизни.

«Если мы во время клинической беседы обнаруживаем, что проблемы с фокусом внимания и гиперактивность прослеживаются на протяжении всей жизни, начиная с самого детства, не прекращаясь, тогда мы можем говорить о диагнозе СДВГ у пациента. Если же «настройки» внимания были нарушены уже во взрослом возрасте, совсем недавно, – тогда мы не торопимся с диагнозом. Мы ищем причины, из-за которых начали происходить проблемы с фокусом внимания».

Марат Агинян, психиатр

Важно, что проявление симптомов во взрослом возрасте может говорить не только об СДВГ, но и быть отдельным симптомом депрессии, тревоги или просто следствием образа жизни с быстрым скроллингом соцсетей. Постоянный скроллинг соцсетей действительно может разрушать паттерны удержания внимания. Цифровые технологии и в целом digital-мир способствует появлению симптомов СДВГ и ряда других заболеваний. То есть люди быстро смотрят, что там на поверхности и потом смотрят следующий слайд, потом следующий. Из-за этого и «ломается» внимание, вследствие чего невозможно сконцентрироваться на глубине.

«Мы смотрим на особенности пациента, портят ли они ему жизнь или нет, вдруг они выражены в незначительной степени. Может быть, это просто некие черты характера, но когда они негативно влияют на жизнь – это прямо диагностический критерий. И последний момент – не объясняются ли эти особенности каким-то другим диагнозом. Это могут быть, к примеру, симптомы биполярного расстройства. Люди с БАР во время маниакальной фазы также могут быть гиперактивными. Его куда-то несёт всё время — это может быть первым, самым очевидным объяснением того, почему человек так неспокоен в некоторые периоды жизни. Складывая все эти признаки вместе, мы выдвигаем диагностическую гипотезу. При этом важно не торопиться с вынесением окончательного диагноза — это лишь рабочая версия».

Марат Агинян, психиатр

 На основании гипотезы пациенту назначается пробное лечение. Доктор назначает фармакологическое лечение СДВГ. Однако, как и при любой болезни, лекарства работают не во всех случаях — не бывает так, чтобы одно средство помогало абсолютно всем людям с СДВГ. Всегда есть статистический разброс: у кого-то эффект достигает 100%, у кого-то — 50, у кого-то — всего 20.
Дальше специалисты оценивают переносимость препарата. Важна не только эффективность фармакотерапии, но и то, как препарат переносится: нет ли побочных действий, общего дискомфорта.
К медикаментам обязательно добавляется психотерапия. Существуют определённые поведенческие и когнитивные навыки, которые можно тренировать. Мозг — орган обучаемый, его можно научить обрастать новыми компенсаторными стратегиями.

Даже без специальной психотерапии с годами у людей с СДВГ симптомы чаще всего уменьшаются. Именно поэтому у взрослых этот диагноз часто пропускают — не потому что его нет, а потому что человек уже оброс компенсаторными навыками. В 6 лет он бегал и носился по комнате, а в 32 ему хочется бегать, но он сидит — просто потому что научился себя сдерживать. Это важная подсказка: мозг имеет способность, возможность и потенциал постепенно компенсировать дисфункции, связанные с СДВГ, и переучиваться.

Отдельно стоит упомянуть одну странную, но очень характерную особенность СДВГ. Когда ребенку, подростку или взрослому с этим синдромом какая-то деятельность становится по-настоящему интересна, симптомы волшебным образом исчезают. Более того, может появиться состояние, противоположное СДВГ, — так называемый гиперфокус.

«Человека буквально засасывает в занятие. Дайте программисту увлекательную задачу — и он уйдет в работу на 16 часов в сутки. Посадите подростка за компьютерную игру, которая его зацепила, — и вы его потеряете: он уйдет в нее глубоко и надолго. И это не игромания в клиническом смысле, это просто СДВГ-мозг нашел источник дофамина и не может оторваться. Со стороны это выглядит парадоксально. Учителя и родители удивляются: «Вот лентяй! Если бы он захотел, он бы учился хорошо. А дайте ему игру — он часами сидит, не отрываясь». Это и есть характерный маркер СДВГ: внимание не отсутствует, оно просто не подчиняется волевому контролю. И когда интерес включается — контроль перестает быть нужным, мозг сам удерживает фокус, и этот фокус становится почти болезненно интенсивным».

Марат Агинян, психиатр